Сообщения о согласовании проекта Меморандума об экономической и финансовой политике (МЭФП) между Кабмином Украины и МВФ, в котором обещается поднять в этом году тарифы на газ на 30%, а на коммунальные услуги — на 62%, посеяло тихую панику в умах и без того запрессованных граждан. НКРЭ — аббревиатура, которую сегодня знает каждая бабушка — работает последнее время день и ночь, штампуя все новые и новые повышения.

В середине декабря были подняты тарифы на тепло для 160 теплогенерирующих предприятий по всей Украине, В частности в Киеве, на 35% (постановление НКРЭ от 14.12.2010, №1729). 13 января в стране выросли тарифы на электроэнергию — на 30% (постановление НКРЭ от 13.01.2011, №8). Не забудем, что еще 1 августа 2010-го стоимость газа для населения выросла на 50% (постановление НКРЭ от 13.07.2010, №812).
Вслед за «теплыми» потянулись и „холодные“ тарифы — почему нет, под шумок? 20 января НКРЭ подняла их для 39 „водоканалов“ — в Киеве, Львове, Хмельницком, Черкассах и далее по списку.
Учитывая, что никто из коммунальщиков или членов правительства не заявлял о достижении 100-процентного покрытия себестоимости ЖК-услуг, следует ожидать очередных повышений. В этой связи уместно рассмотреть три вопроса: нужно ли повышать тарифы вообще? Если да, то — насколько? И какими будут последствия?

Зачем повышать тарифы?

МВФ не дает на этот вопрос внятного ответа, а коммунальщики и министры в один голос говорят: мы несем колоссальные убытки из-за того, что тарифы не покрывают себестоимости услуг и… надо модернизировать отрасль. Закономерен вопрос: почему же до сих пор предприятия ЖКХ не обанкротились? Очевидно, потому, что, кроме платежей населения, они имеют другие источники доходов. Какие?
Согласно Закону „О жилищно-коммунальных услугах“, если тарифы ниже экономически обоснованных затрат на их производство, то орган, устанавливающий такой тариф должен компенсировать разницу. Ранее это была обязанность местного бюджета, теперь она автоматически перешла к НКРЭ. Последнее, очевидно, явилось полной неожиданностью и для Нацкомиссии, и для всего правительства.
Компенсация разницы в тарифах введена в закон вполне логично, поскольку ЖК-тарифы, по моему мнению, есть категория социально-экономическая, а не чисто финансовая. Невозможно утвердить какой угодно размер тарифа, поскольку потребитель не только не сможет его оплатить, но и не сможет прожить без воды и тепла. Производителю, в свою очередь, просто некому будет продать свою услугу. Именно поэтому в законе о ЖКУ установлен не один (экономическая обоснованность), а целых семь принципов формирования ЖК-тарифов: доступность услуг (в смысле оплаты), прозрачность структуры и составляющих тарифов, открытость при их формировании, соответствие цены качеству и количеству услуг, гарантии социальной защиты и, главное, опережающий рост доходов населения над ростом тарифов.
Понятно, что вопрос к правительству Н.Азарова или к тому же МВФ о соблюдении этих принципов носит чисто риторический характер. Как они будут „разруливать“ проблему компенсации разницы тарифов и себестоимости — это их дело. Старый механизм худо-бедно работал: или правительство посылало субвенции на места (особенно перед выборами), или в местном бюджете были деньги, как в Киеве. Пока не…

Пришел Космос

Это — показательный случай, который требует отдельного рассмотрения. Оказалось, что упомянутую разницу можно и не покрывать! В этом случае „Киевэнерго“ перестает платить за газ, НАК „Нафтогаз Украины“ прикручивает вентиль, температура теплоносителя на ТЭЦ-5 и 6, естественно, падает. Правда, совсем заморозить систему правительство не дает — киевский вариант Алчевска обойдется госбюджету неизмеримо дороже. Но главное, что после неоднократных „прикруток“ руководству города ничего за это не было. Население немного померзло, но, что интересно, продолжая исправно платить. В 2010-м, например, киевляне оплатили 99,3% начисленных сумм!
Всем остальным тоже хорошо: Черновецкий заставил предыдущее правительство с собой считаться, подписать меморандум о неотключении газа; „Киевэнерго“ сэкономило, когда снижало температуру теплоносителя, а новое правительство дало команду рассчитаться с „Нафтогазом“. Киев в который раз взял кредиты и отдал в 2010-м „Киевэнерго“ 1,9 млрд. грн., при этом оставив у себя 157 млн. грн. чистой прибыли.
Как город при полупустом бюджете будет возвращать кредиты — никого не волнует (будет другое правительство или другая КГГА). А вот лакомая собственность в столице осталась — почему бы не забрать ее за долги?
Итак, коммунальщики за свои прохладные услуги рано или поздно, но получают сполна, даже с некоторой переплатой, потому как в тариф никогда не закладывается уровень оплаты 100% — максимум 95% а то и ниже.
Что касается „модернизации отрасли“, то это — словеса. Для обновления основных фондов нужны очень крупные капиталовложения (из госбюджета или инвестиции). Даже многократное повышение тарифов дать их не может — в принципе. Для обновления только теплосетей и только в Киеве требуется 3 млрд. грн. — это равно ежемесячным начислениям за ЖКУ по всей Украине!
В свое время в Великобритании правительство скупило около 100 частных „водоканалов“ страны, свело их в одну государственную компанию, много лет обновляло фонды, сделало предприятие прибыльным и только потом стало по частям его продавать. Это к примеру.

Кому от повышения хорошо

Если кому и нужны повышения тарифов, то только самим коммунальщикам. Здесь я ни для кого не открою секрет, если скажу, что коммунальные по назначению предприятия перестали быть коммунальными по собственности, т.е. принадлежать городским общинам. В столице до прихода Черновецкого городской общине принадлежало 12,73% акций „Киевэнерго“, 50% + 1 акция — государству, а вот остальными владели две кипрские компании (отдельное спасибо Александру Александровичу).
Понятно, что при таком раскладе в корне меняются приоритеты — не обеспечение горожан теплом, а получение максимальной прибыли. Причем без всякой модернизации, установки счетчиков (давно закупленных на кредит Всемирного банка) и прочих ненужных вещей, — тупым, но практичным поднятием тарифов.
Но почему тогда первое, что попытался сделать Черновецкий, став мэром, это — разогнать образованный его предшественником „Киевэнергохолдинг“? Напомню, что в него вошли „Киевводоканал“, „Киевгаз“ и „Киевэнерго“, производящие услуги, и две упомянутые кипрские компании, которые ничего не производили, но имели около 40% дохода. Поднялись ли ЖК-услуги на новый уровень с приходом „кипрского капитала“? Не смешите народ: холдинг оказался насосом для откачки денег из карманов киевлян и бюджета! И это так Черновецкий захотел добиться справедливости?
На одном из „Шустер-шоу“ в 2006-м бойкий секретарь Киевсовета нахально бросал в лицо бывшему грозному хозяину города обвинения в пропаже имущества столицы. Однако угрозы в адрес „Киевэнергохолдинга“ прекратились вскоре после того, как будущий кандидат в президенты Украины Александр Пабат во главе „Гражданского актива Киева“ образовал в Киевсовете большинство (разумеется, конструктивное) с блоком ЛЧ. Секрет прост: спонсорами „Актива“ и хозяевами „Холдинга“ были одни и те же люди с редкими для киприотов фамилиями — Иванов и Хмельницкий. Поэтому тема «возврата „Киевэнерго“ ушла, а на смену ей пришло памятное всем киевлянам повышение тарифов в 3,4 раза. Такой себе „чейндж“ — тебе большинство, нам — тарифы.
Теперь, надеюсь понятно, что в наших украинских реалиях вопрос тарифов неразрывно связан с вопросами собственности.

В чьих руках киевские тарифы

Какова сегодня судьба „Киевэнерго“ и остальных коммунальных предприятий? Во времена большинства БЛЧ и ГАКа из города „ушли“ не только земля и недвижимость, но и лучшие предприятия, в том числе 12,73% акций „Киевэнерго“. С назначением на столицу Александра Попова тема „возвращения украденного“ закономерно актуализировалась снова. Однако при резких заявлениях и более или менее законном возврате „Киевгорстроя“, „Киевводоканала“ и „Киевгаза“ в собственность города Александр Павлович был очень осторожен в высказываниях о „Киевэнерго“. В интервью УБР 25 октября 2010 г. тогда еще вице-мэр сказал: „Что касается „Киевэнерго“, то это акционерное общество, город имеет там только 12% своих активов“.
Такая „непоследовательность“, несмотря на красивые слова о концессии, выглядит странно. Ранее КГГА имела в управлении госпакет, который вместе с собственными акциями обеспечивал ей контроль над деятельностью и, главное, тарифами этого монстра. Следует помнить, что в 1998 году при преобразовании государственной АЭК „Киевэнерго“ в АЭК „Киевэнерго“ (чувствуете разницу?) отцы столицы и руководство „старой“ компании (где были только ТЭЦ-5 и 6), загнали туда „главного отопителя“ города — „Киевжилтеплокоммунэнерго“, собственно все котельные столицы. Единственное уцелевшее предприятие — „УкрКанПауэр“ (впоследствии „Дартеплоцентраль“, теперь ЗАО „Экостандарт“), сохранилось только потому, что там была доля иностранного капитала.
Поэтому на месте А.Попова, если бы он действовал в интересах киевлян, логично было добиваться не только возврата украденных акций, но и управления госпакетом — полного контроля над „Киевэнерго“. Далее речь могла бы идти о демонополизации предприятия как образования совершенно искусственного, с целью создания конкуренции между компаниями, управляющими ее отдельными частями. Достаточно сказать, что даже сейчас город разбит на девять районов тепловых сетей, а каждая из 200 наличных котельных вообще работает автономно (насколько я понимаю).
Однако сегодня это — из области фантастики, потому что из уст руководства города вопрос возврата „Киевэнерго“ даже не звучит, он плавно перешел в вопрос… отдачи. В концессию. Такой оборот дела объясняется очень просто: сегодня „кипрский“ пакет акций оказался в руках Р.Ахметова. Для чего, спрашивается, он спонсировал партию, поставившую А.Попова на столицу, если „Киевэнерго“ вернется в собственность Киева?

Экономически обоснованный уровень

Чтобы там ни говорили министры, собственники и директора, а вопрос „Каков экономически обоснованный уровень тарифа?“ просто некорректен. Потому как само понятие не определено: что включать в тариф, какие составляющие, в каком соотношении и т.д., и т.п. Раз не определено, то — произвольно. Сегодня каждый хозяин закладывает в тариф все валовые затраты, поэтому в открытом доступе нельзя обнаружить ни одной внятной калькуляции тарифа. Все, кроме газа, зарплаты и налогов, прячется в статью „другие расходы“ или „упаковывается“ в коммерческую тайну, хотя предприятие-то — якобы народное!
Подтверждением того, что в „экономически обоснованный уровень“ закладывается все в меру потребности и жадности, приведем диаграммы уровня тарифов в городах Украины на 1.01.2011 года (http://www.minregionbud.gov.ua/file/link/76932/file/Informatsija_pro_taryfy.xls ).
Во-первых, невозможно понять, почему при одинаковой стоимости газа — а она составляет от 60% до 70% цены гигакалории, — тарифы отличаются в 2—2,5 раза (рис. 1)? Во-вторых, несмотря на то что в Киеве гигакалория чуть ли не самая дешевая, стоимость горячей воды меньше или почти такая же как в Запорожье, Николаеве, Полтаве, Ривном, Сумах, Харькове, Черкассах и Чернигове (рис. 2). Хотя там тепло дороже! Аналогичная ситуация, в пересчете на сезонный тариф, и с отоплением (рис. 3). Почему, в-третьих, стоимость отопления в Симферополе и Севастополе отличается более чем в два раза, а цены тепловой энергии отличаются мало?
Таких «непоняток» масса, и свидетельствуют они только об одном: нет единого, закрепленного нормативно, алгоритма расчета тарифа. А без этого, повторюсь, вопрос об экономической обоснованности — теряет смысл. Если президент Виктор Янукович, говорил, что надо ввести одинаковые тарифы во всех регионах в смысле единого нормативного тарифа, то он прав. Если же его министры по ЖКХ считают, что можно ввести одинаковый тариф на воду по всей стране, то это глупость: в Крымском канале каждую секунду теряется 6 кубометров воды, поэтому на полуострове вода никак не может стоить столько же, сколько в Черкассах или Запорожье. В этом случае надо вводить государственные программы компенсаций, но — как исключение, а не как правило.

Последствия

Правильно ли поступает Кабинет министров и стоящая за его спиной администрация президента Украины, выменивая кредиты у МВФ на тарифы для населения, станет ясно очень скоро — народ уже платит по новым циферкам. Точная статистика за февраль появится в конце марта. Она и покажет: адекватны ли новые тарифы объемам украинских кошельков? Пока гром не грянул, но вдали — грохочет. Если в ноябре
2010-го населению было начислено 3 млрд. грн. за ЖКУ, и уровень оплаты был 90%, то в январе
2011-го начисления подскочили на 50%(!) — до 4,5 млрд. грн., а уровень оплаты упал до 84%. При этом суммарный долг населения последние три месяца постоянно растет — соответственно на 2,3%, 5,5%, 6,3%. Сейчас он перевалил за 12 млрд. грн., чего до сих пор никогда не было. Мне, лично, это очень не нравится.