В пятницу, 25 апреля, профессор университета Сан Винченцо (Ливорно, Италия) и университета социальных исследований (Женева, Швейцария) Умберто Този прочитал в ИМПЭ им. А.С. Грибоедова лекцию об устройстве европейских тюрем. Този получил образование в Швейцарии, работал психотерапевтом, затем стал социологом, в последние годы профессиональной жизни изучал криминологию и пенологию. Почти 20 лет он проработал в женевской превентивной тюрьме. На лекции профессор рассказал об особенностях и традициях европейских тюрем.

Процесс заключения

Предварительное заключение, на этапе которого идет «сортировка», может продолжаться довольно долгий срок. В европейских следственных тюрьмах более 80% составляют иностранцы. Согласно европейским пенитенциарным правилам, запрещено сажать вместе мужчин и женщин, взрослых и несовершеннолетних, сообщников, больных СПИДом, туберкулезом и сифилисом, геев и транссексуалов, а также от других изолируют педофилов.

На втором этапе следует распределение по тюрьмам, мерам наказания и полу. Около 50 лет по закону Евросоюза существует правило: заключенный получает полусвободу после того, как пройдет две трети срока. То есть заключенный на два-три дня в неделю может выходить на свободу без сопровождения. Происходят рецидивы — преступники вновь нарушают закон за время своих так называемых отгулов. Как только в обществе начинается возмущение, подогреваемое публикациями в СМИ о наиболее громких случаях повторных преступлений, активизируются криминологи, которые выступают за соблюдение прав заключенных. Несколько дней в неделю без надзора для заключенных — это адаптация к жизни в обществе после освобождения, борьба с агорафобией после нескольких лет нахождения в стенах исправительного учреждения. Заключенных часто не манит, а пугает предстоящая свобода.

Идеология и себестоимость заключения

Идеология в тюрьмах существовала всегда, но чаще всего надзорные органы использовали религию. Традиционно притюрьмах была церковь. Например, в женевской тюрьме в свободном доступе была Библия. Для искупления вины преступнику необходимо было ходить в церковь, соблюдать заповеди, поститься и молиться.

Сегодня в европейских тюрьмах нет религиозного принуждения. Есть множество способов наставления преступника на путь истинный, в том числе психотерапия, зоотерапия и лекарства.

В Женеве содержание одного заключенного обходятся бюджету в €1,5 тысячи в сутки. На 100 заключенных должен быть 41 охранник, а также сотрудники медицинских и социальных служб. О том, сколько стоит весь тюремных персонал, не упоминается. Но об этом нельзя говорить вслух лишний раз, потому что в демократическом государстве обнародование таких цифр может привести к революции. Власти понимают, что содержание преступников обходится дорого, но пока все остается по-прежнему.

Система ценностей заключенных

Денег как таковых в тюрьмах нет, но действует система взаимных услуг. Кому-то могут набить морду за грамм героина. Конечно, есть официальные правила тюрьмы, но настоящие правила поведения и система ценностей заключенных идут вразрез с официальными.

В тюрьмах постоянно есть наркотики, причем самые разнообразные. Охрана не препятствует и даже помогает распространению наркотиков на поднадзорной территории, потому что боится беспорядков, которые могут устроить зависимые от препаратов заключенные.

Как и по всему миру, в европейских тюрьмах существует иерархия. На вершине социальной лестницы стоят осужденные по финансовым преступлениям. Тем, кто смог украсть внушительные суммы денег, другие просто лижут ноги. Далее следуют убийцы полицейских, просто убийцы, насильники, педофилы и стукачи. Последним как правило обеспечивают тщательную защиту от других заключенных.

В то же время в тюрьмах есть большая солидарность, которая рассеивается в обычном обществе свободных людей.

Как наказать, не наказывая

В архетипе у любого человека с самого детства сидит убеждение, что любой преступник — плохой человек по умолчанию. Детей по всему миру пугают сказочными волками, хотя напороться на волка посреди улицы не так просто. Так и с преступниками: есть убеждение, что заключенных жалеть не нужно, потому что они в любом случае негативные персонажи.

На самом деле из общего числа преступников только 7% попадают в тюрьмы (другие отделываются более легкими наказаниями — от штрафа до общественных работ). Осужденные с хрупкой психикой понимают, что они не просто по жизни неудачники, они еще и не смогли добиться успеха как преступники и попали под суд, а потом и за решетку. Кроме того, заключенным приходится постоянно подавлять агрессию, которая вызывается подавлением либидо. Кому нужны агрессивные заключенные? Чтобы избежать нагнетания агрессии, бунтов и скандалов, руководство европейских тюрем и охрана идут на поблажки. Например, не наказывают за то, что заключенные швыряют из окон мусор на территорию тюрем.

Самоубийства

Из 10 женщин, которые пытаются себя убить, одной это удается. У мужчин ситуация иная — умирают трое из десяти. Это официальная статистика. Дело в том, что женщины сильнее физически и морально, а мужчин может подвести сердце.

Попытки самоубийства бывают не с целью лишить себя жизни. Иногда это крик о помощи или эмоциональный шантаж, впрочем, такое бывает не только на зоне, но и в обычной жизни. Настоящие самоубийцы намного более одиноки. Например, если у свободного человека возникли большие проблемы, он поплачется друзьям, поругается с кем-то, пойдет к психиатру или просто напьется. У психически неуравновешенных заключенных вариантов не так много, они просто не видят другого выхода и начинают искать возможности убить себя любым доступным способом. Совершить суицид в тюрьме сложно с технической точки зрения. Бывает, например, с помощью постельного белья на железной кровати заключенный резким движением ломает себе шею.

Случаев массовых попыток самоубийств в европейских тюрьмах практически не бывает. Суициды чаще бывают на этапе предварительного заключения, потому что у людей ломается психика от осознания, что скоро они попадут в тюрьму. На этом этапе с осужденными работают соцработники и психиатры, которые выписывают антидепрессанты.

Статистика суицидов в европейских тюрьмах часто просто замалчивается или даже скрывается. Случаи смертей на территории исправительного учреждения по статистике бывают редко. Это происходит потому, что руководство тюрьмы вывозит тяжело больных заключенных умирать в больницы. Кроме того, СМИ лишний раз не напишут о суицидах среди заключенных. Такими статьями часто грешат только желтые газеты, которые романтизируют образ преступников.

Почему тюрьма не нужна

Изначально в качестве наказания преступников использовали изгнание из общества или физическое насилие: отрубали конечности, носы, языки и так далее.

Потом появились тюрьмы-крепости, большая часть которых находилась под землей. Сегодня в Европе темницы для заключения не используют — там хранят провизию, хозтовары или архивы документов. Система развивается, но без принципиальных перемен.

Все больше специалистов-криминологов приходят к выводу, что тюрьмы не нужны. Через 30–40 лет тюрьмы исчезнут — они изжили свое. Но пока у криминологов нет однозначного ответа, что придет им на смену.

Есть миф, что тюрьмой можно наказать, и человек исправится, как ребенок, которого отшлепали за проступок. Люди выходят из заключения с нарушениями психики, им нужна адаптация к нормальной жизни. Во-вторых, с экономической точки зрения, как уже говорилось выше, это очень расточительно. В условиях сокращения социальных программ в Европе — это один из главных аргументов поиска альтернативных тюрьме наказаний.