Normal 0 false false false RU X-NONE X-NONE

Украинцы получают первые платежки за полный месяц отопительного сезона и на душе у них так же холодно, как и за окном. Нам придется платить заоблачные суммы за отопление, причем не только своих жилищ, но и улиц.

Из 18,6 млрд кубометров газа, идущего на отопление, 9 млрд «теряется» в домовых щелях и открытых форточках. Мы фактически используем от силы 7 млрд кубометров, но платим за все 18 млрд. А еще украинским налогоплательщикам придется заплатить за получателей субсидий, количество которых растет от платежки к платежке. При этом нет никакой уверенности в том, что все эти люди действительно нуждаются в материальной помощи. Так, по оценкам ПРООН, только 13% субсидиантов действительно могут считаться бедными. Но упрощенная процедура оформления субсидий позволяет отнюдь не бедным гражданам получать помощь от государства. А сама сформировавшаяся система субсидирования является мощнейшим антистимулом для энергосбережения, ведь толкает получателей к избыточному потреблению, а не наоборот.

Тепломодернизация жилищ позволила бы не только сократить эти потери, но и снизить на 20% суммы в платежках за отопление в многоквартирных домах и до 60% — в частных. Но утепление жилищ, замена окон, установка современных котлов и счетчиков требуют денег, которых у украинцев нет. Реально снижают потребление тепла (на 30% по данным Минрегионстроя) домохозяйства, которые платят за него полную стоимость. Получатели субсидий не экономят. Во-первых, за них платит государство, и сокращение потребления чревато неполучением субсидии в следующем отопительном сезоне. Во-вторых, у них нет средств на «утепление», ведь щедро раздаваемые им субсидии — это виртуальные деньги, которые к потребителям не попадают. До тех пор, пока они не будут монетизированы, то есть выданы на руки реальными деньгами, стимулов для сокращения энергопотребления не будет.

Это понимают все, и участники процесса в высоких кабинетах одобрительно кивают, периодически что-то обсуждают, вот только монетизацию это не приближает. Правительство сейчас, как и год назад, не готово запустить механизм, реально стимулирующий энергосбережение. Зато готово запустить монетизацию для теплокоммунэнерго (ТКЭ). Для тех самых ТКЭ, которых не раз обвиняли, в том числе первые лица государства, в необоснованном завышении счетов для потребителей. И именно для тех, которые за предыдущие годы задолжали НАК «Нафтогаз Украины» в общей сложности порядка 18,7 млрд грн и теперь реструктуризируют эти долги, списывая пени и штрафы. Для ТКЭ, которым в 2011-м уже списали 5 млрд грн задолженностей.

В 2015 г. страна потратила 153 млрд грн на энергетические субсидии, из которых только 25 млрд были направлены на субсидирование населения. Основной объем субсидий был направлен теплогенерирующим предприятиям, и их использование сложно проконтролировать. Именно отсутствие контроля является камнем преткновения энергетической реформы. У государства по сей день нет понимания, сколько энергии реально нужно для отопления, сколько мы ее потребляем, сколько теряем из-за изношенности мощностей. Так с чего вдруг на Грушевского сначала решили помочь не населению экономить, а тепловикам заработать?

Бедные ТКЭ…

Извращенная система тарификации, действовавшая до перехода на условно рыночные (ибо рынка нет) тарифы, создала проблему, которая не решалась годами. Государство несвоевременно выполняло, то есть накапливало, обязательства перед теплокоммунэнерго по субсидиям (тогда еще не массовым), льготам и оплате разницы в тарифах. ТКЭ, естественно, не могли вовремя рассчитываться за газ перед НАК «Нафтогаз Украины», за что последняя начисляла им штрафы и пеню, прибавлявшиеся к долгам. Параллельно это же государство устанавливало для теплокоммунэнерго тарифы, исключающие возможность учета обслуживания этих штрафов в стоимости. И хорошо, иначе мы с вами давно уже платили бы за бестолково организованную систему взаиморасчетов и обоюдных манипуляций. История давняя и по факту еще не закончившаяся. Естественно, начавшаяся при Яценюке массовая раздача субсидий исправлению ситуации не помогла.

«На сегодняшний день действует система взаимозачетов, то есть клиринг, — совместное подписание протоколов НАК «Нафтогаз Украины» и поставщиками. Что порождает любой клиринг? Непрозрачность. Потенциально на каждом этапе подписания создается почва для злоупотреблений. Вы же понимаете, что если от кого-то зависит, подпишут ли вам протокол и зачтете ли вы свои обязательства, это уже коррупционный риск и возможность для манипуляций. Они на сегодняшний день существуют, и их много. Недаром в свое время экономика начала уходить от бартеров и переходила на денежные расчеты. А теперь представьте, у нас половина домохозяйств — получатели субсидий. За них платит государство и платит не живыми деньгами, а подписанием протоколов с ТКЭ. То есть возможности для манипуляций колоссальные», — объяснила ZN.UA глава Проектного офиса реформ при Минфине Яна Бугримова.

Кто именно злоупотребляет клиринговыми расчетами, чиновники говорить не хотят, ссылаясь на отсутствие доказательств. Но если учесть, что «Нафтогаз» является единственным поставщиком для всех теплокоммунэнерго Украины, список «манипуляторов и спекулянтов» резко сужается. Во-первых, манипуляции возможны еще на уровне правительства, обещающего, да что там, загоняющего население в программу субсидий, но не имеющего достаточного ресурса для их обеспечения. Учитывая, что речь идет о бумажках-протоколах, для Минфина ничего не стоит отложить их в долгий ящик. Во-вторых, спекулировать может «Нафтогаз Украины», у которого традиционно напряженные отношения с ТКЭ из-за накопленных в предыдущие годы долгов. Например, НАК может отказываться подписывать протоколы до тех пор, пока поставщики не подпишут договоры со штрафными санкциями (недавний скандал с суммами штрафов, в разы превышающими объемы задолженности за сам газ, — тому подтверждение). И, конечно же, могут манипулировать сами ТКЭ на уровне «поставщик—потребитель», ведь их интерес в том, чтобы показатели потребления завышались, очевиден.

Впрочем, по мнению Яны Бугримовой, есть и вполне объективные факторы, обуславливающие уход от клиринговых расчетов с ТКЭ. Прежде всего, речь идет об открытии рынка для других поставщиков. Например, на рынок хочет зайти производитель альтернативной энергии. Сейчас он никак не может продать свою продукцию потребителям, даже если те уже организовали ОСМД и готовы уйти от навязанного им государством поставщика. Ведь часть жильцов, входящих в это ОСМД, — получатели субсидий. И для того чтобы поставщику государство эти субсидии компенсировало, его должны включить в действующую систему клиринговых расчетов. Этого на сегодняшний день ни один нормативный акт не предусматривает. До тех пор, пока нынешняя система действует, любые разговоры об открытом и конкурентном рынке остаются разговорами.

Конечно, это отчасти очень дальний прицел, очереди из желающих зайти на рынок поставщиков нет. С точки зрения бизнеса поставки для домохозяйств, половина из которых — получатели субсидий, невыгодны. Рынок неликвидный и неинтересный. На сегодняшний день только одного игрока на нем можно назвать крупным — «Киевэнерго». Но даже входящая в ДТЭК и принадлежащая Ахметову компания тоже систематически жалуется на задолженности предприятий ЖКХ и ОСМД и недовольна системой «взаимозачетов». Хотя, опираясь на опыт и осознавая степень влияния собственника этой структуры на действующую власть, резонно предположить, что отказ от клиринговых расчетов инициирован лишь в угоду одному игроку. В этой стране даже полезные и правильные решения крайне редко принимаются без учета чьей-то личной выгоды. Но вполне вероятно, что на этот раз учтены личные пожелания не только Рината Леонидовича.

Если от клиринговых расчетов откажутся, ситуация на рынке может измениться. В отличие от уже «распределенных» и распроданных облгазов и облэнерго, ТКЭ в массе являются коммунальными предприятиями и пока не входят в сферу интересов крупного бизнеса. Но в условиях повысившихся тарифов и перехода на расчет «живыми» деньгами, а не протоколами, этот бизнес «заиграет новыми красками» в глазах потенциального инвестора.

ras4et teplo…и богатые граждане

Но какое это все имеет отношение к собственно монетизации субсидий? Получается, что монетизацию используют как ширму для внутрисекторальных «разборок» и решения проблем рынка. Монетизация субсидий для ТКЭ, какой бы положительный эффект она ни принесла, не имеет никакого отношения к монетизации субсидий для населения, не является первым этапом реализации этого проекта, более того, дарит властям возможность только и ограничиться отказом от клиринговых расчетов, забыв о монетизации для населения, как о страшном сне.

«Риск того, что монетизация ограничится изменением правил расчетов с ТКЭ, существует. Такой риск существует в любом вопросе государственной политики из-за отсутствия последовательности и преемственности. Вполне возможно, что к тому моменту, как мы дойдем до этапа монетизации субсидий для населения, правительство сменится, — считает Яна Бугримова. — В этом случае может помочь только одно — выработать какую-то стратегию, план действий, формальный документ, которые я лично не люблю, но который может помочь, если будет утвержден Кабмином и станет обязательным для выполнения. Как минимум это даст нам единый взгляд на те процессы, которые должны произойти. На сегодняшний день у каждого участника обсуждений разное понимание того, к чему мы должны прийти в итоге. С согласования позиции по вопросу монетизации и следует начать».

Но согласованной позиции нет, как и намеков, что она появится в обозримом будущем. Минфин и НАК «Нафтогаз Украины» поддерживают монетизацию для населения, отмечая, что это единственный реальный механизм, стимулирующий экономию энергоресурсов населением. Соглашаются они и с необходимостью отказа от клиринговых расчетов с ТКЭ, но отмечают, что этот процесс может быть связан с определенными рисками. И об этом следует рассказать подробнее. Налицо явный конфликт интересов: ТКЭ заинтересованы в завышении показателей потребления, граждане, которых они обслуживают, наоборот, в их сокращении. Но реального учета, как и прозрачного механизма тарифообразования на сегодняшний день в стране нет. Субсидии перечисляются поставщикам не за фактические объемы потребления, а за плановые. Нормативы пересматривают и снижают, но реальной картины потребления это все равно не дает. Домохозяйства оплачивают счета за тепло по фиксированным нормам относительно отапливаемой площади. И как бы они ни экономили, потребление не снижается, ведь метраж квартиры неизменен. Более того, в счета закладывается около 20% сверхурочных потерь, которые никем не учитываются, и их бремя ложится полностью на потребителя.

«Мы придерживаемся мнения, что монетизация должна проходить на уровне конечных потребителей. Это приводит рынок к понятной системе взаимоотношений. Сейчас обычный потребитель, который субсидию не получает, платит непосредственно ТКЭ за предоставленную услугу. То же самое будет делать и получатель субсидии, просто у него источником поступления средств будет не зарплата, а помощь государства. Но он сможет сам регулировать свои взаимоотношения с ТКЭ, контролировать начисления, качество предоставленных услуг. Это нормальные цивилизованные отношения между потребителем и поставщиком. Система начнет сама себя регулировать, — считает заместитель главы департамента НАК «Нафтогаз Украины» Алексей Хабатюк. — Относительно перехода к монетизации для ТКЭ, то сначала действующая система нормативов должна быть пересмотрена, оптимизирована, приведена к фактическим объемам потребления».

Но счетчиками тепла оснащены только 60% многоквартирных домов. Правительство громогласно объявило о доведении показателя до 88% к Новому году, но на местах призыв с Грушевского не услышали. Оно и не удивительно. Ведь если ты сначала раздаешь всем субсидии, а потом рассчитываешься за них с поставщиками «бумажками», да еще и не вовремя, к тебе и не будут прислушиваться. При переходе на расчет реальными деньгами стимулы для внедрения повсеместного учета реального потребления у ТКЭ вообще пропадают. Ведь они намного больше заинтересованы в увеличении компенсаций из госбюджета, чем в экономии…

И вместо того, чтобы наладить дисциплину и обеспечить выполнение задач, что хлопотно и долго, премьер нашел быстрое, «объективное и справедливое», решение — учитывать тепло в домах без счетчиков по среднему показателю домов со счетчиками. Но дом дому рознь. Даже жильцы двух подъездов одного дома могут потреблять разное количество тепла только потому, что на лестничных клетках одного подъезда окна целые, а соседнего — разбитые. Ну и конечно, зачем при такой методике учета тратиться на счетчики и их установку, тоже вряд ли кто знает.

Благодаря потреблению по нормативам и привязке к квадратным метрам ТКЭ и удается перекладывать на потребителей дополнительные расходы на реально не поставляемые энергоресурсы, получая от государства компенсации в виде субсидий. И пусть с задержками и манипуляциями, но поставщики получают миллиарды из государственного бюджета. При этом начатая браво и бодро верификация получателей социальных выплат, судя по всему, сворачивается. Минфин от явного противостояния с Минсоцполитики отказывается и начинает искать «компромиссы», количество получателей субсидий растет, как и бюджетные средства, им выделяемые, а уверенности в том, что все их реципиенты — действительно малообеспеченные и нуждающиеся, до сих пор нет. Требования для получения субсидии минимальны — заявление и декларация о доходах. Из 9 млн официально трудоустроенных украинцев минимальную заработную плату получает более половины — 5 млн человек. Все они вполне законно претендуют на субсидию. Но все ли они живут лишь на минимальную зарплату в 1600 грн? Степень тенизации оплаты труда в стране колоссальная. При этом всего трудоспособных украинцев — 16 млн, то есть еще 7 млн либо не трудоустроены (о чем мы бы знали от службы занятости), либо не получают официальных выплат вообще, а значит, тоже могут претендовать на субсидии.

Так вовремя ли мы решили отказаться от клиринга? И почему не хотим до этого решить вопросы с учетом потребления и верификацией получателей? Чтобы дать ТКЭ подзаработать?

Что же в итоге получают люди, кроме платежек с астрономическими цифрами? С одной стороны, домохозяйствам не гарантируют предоставление тех услуг, которые им обещаны, с другой — их не мотивируют снижать потребление и не дают ресурс для энергомодернизации.

Минсоцполитики продолжает настаивать на том, что монетизация субсидий для населения невозможна — только остатков и не в ближайшее время. Ссылаются на технические сложности. Утверждают, что на это потребуется как минимум год. Если учесть, что уже год потрачен на беспредметные обсуждения, уже могли бы и закончить.

Мы обратились с запросом в Ощадбанк и поинтересовались, действительно ли для современной банковской системы открытие 7 млн счетов (именно столько домохозяйств в перспективе будет получать субсидии) — непреодолимая преграда для монетизации, а производство нужного программного продукта для учета и контроля выплат невозможно? Ответ госбанка огорчит чиновников Минсоца: на сегодняшний день порядка

3,4 млн украинцев уже получают социальные выплаты через «Ощад», и, вероятно, часть из них является и получателями субсидий на оплату ЖКХ, то есть открыть придется не 7 млн счетов, а вдвое меньше. Но даже если бы речь шла об открытии именно 7 млн, то Ощадбанк, имеющий свыше четырех тысяч отделений в стране, справился бы с этой задачей за несколько месяцев.

Более того, банк готов и к техническим вызовам монетизации. Речь идет о том, что субсидии, поступающие на счета граждан, должны контролироваться государством, чтобы только остаток средств после оплаты коммунальных услуг мог быть доступен получателю. По мнению Минсоца, это если не невозможно, то очень сложно. По мнению банкиров, более чем реально.

«Банк обрабатывал возможность и сроки реализации подобного функционала на карточном счете. Это возможно и потребует, по нашим прогнозам, 2–3 месяца. Мы считаем, что это должна быть не просто субсидиарная карточка, а полноценная социальная карта, на которую будут зачисляться все без исключения необходимые клиенту социальные выплаты. Такой подход позволит монетизировать все выплаты, экономить бюджетные средства, дать клиенту удобный инструмент использования, а государству — необходимый контроль целевого использования соответствующих выплат, — говорится в ответе «Ощада» на запрос ZN.UA. — Считаем, что стоит детально рассмотреть и решить вопрос монетизации субсидий, превратив их в инвестиции и эффективный кредитный ресурс для украинцев и украинской экономики. Со своей стороны, Ощадбанк готов усовершенствовать финансовую модель и мультиплицировать эту практику в масштабах страны».

То есть у правительства есть Министерство финансов, готовое проводить реальную и эффективную верификацию получателей соцвыплат, и есть государственный банк, готовый эти выплаты монетизировать, превратив в реальный ресурс, стимулирующий снижение энергопотребления. Но на Грушевского сознательно отказываются от перехода к прозрачным и честным механизмам, предпочитая раздавать ТКЭ субсидии живыми деньгами вслепую, ориентируясь на непрозрачные нормативы потребления и неподтвержденное количество граждан, на субсидии претендующих.

Механизм реформирования сферы, простой и понятный, переворачивают с ног на голову. Начинают не с учета реального потребления, не с прозрачного тарифообразования, не с верификации получателей, а сразу с перехода на монетизацию субсидий для ТКЭ. Кому это выгодно? Точно не госбюджету. И цена вопроса, напомним, — 51 млрд грн в год.

 

Хотят нагреть… Почему монетизацию субсидий нужно начать с верификации получателей и учета потребления

Normal 0 false false false RU X-NONE X-NONE